Драка на кладбище

Драка на кладбище

Столкновения на Хованском кладбище начались в субботу, около 13 часов. Как рассказали РБК трое очевидцев, на территорию ворвались молодые люди в спортивной форме с оружием и начали стрелять по рабочим, большинство из которых были уроженцами Северного Кавказа и стран Средней Азии. В ответ мигранты схватились за арматуру, лопаты и другие инструменты, оказавшиеся под рукой.

Назвать точное число участников столкновения собеседники РБК затруднились. По их словам, речь шла о «десятках или даже сотнях человек». Начальник пресс-службы столичного ГУВД Софья Хотина заявила журналистам, что дрались около 400 человек. Позднее полиция снизила эту оценку примерно до 200 человек.

Полицейские прибыли на кладбище как минимум через 40 минут после начала конфликта, утверждают двое собеседников РБК из числа очевидцев. «Вошел ОМОН с гиканьем и улюлюканьем, им пришлось даже стрелять в воздух», — рассказал РБК работник кладбища. Чтобы прекратить столкновения на территории крупнейшего кладбища, потребовалось мобилизовать резерв ОМОНа и поднять по тревоге силы второго оперативного полка полиции
Днем в субботу представитель столичной полиции Софья Хотина в разговоре с «РИА Новости» объяснила случившееся «конфликтом из-за распределения территорий обслуживания кладбища».

Вечером пресс-секретарь федерального МВД Ирина Волк заявила РБК, что столкновения произошли между рабочими, которые не являются сотрудниками кладбища и которых посетители сами нанимают для обустройства могил. В полиции подчеркнули, что в основном речь идет о нелегальных мигрантах. В столичном ГУВД агентству ТАСС на условиях анонимности сообщили, что это уроженцы Дагестана, Чечни, Таджикистана и Узбекистана.

Другую версию привела пресс-служба ГБУ «Ритуал», в ведении которого находятся кладбища Москвы. Как говорится в сообщении учреждения, поступившем в РБК, «на территорию Хованского кладбища проникли мигранты с одной из близлежащих строек. Когда представители службы охраны приступили к их выдворению, беглецы оказали сопротивление, в результате чего один охранник пострадал». Это не первый случай, когда мигранты пытаются скрыться на кладбище от сотрудников ФМС, утверждает пресс-служба ГБУ. «Гастарбайтеры при этом демонстративно нарушают общественный порядок, ведут себя агрессивно по отношению к посетителям и руководству кладбища», — отмечается в заявлении «Ритуала».

Источник РБК в руководстве департамента торговли Москвы также связал произошедшее с рейдами ФМС и прячущимися на кладбище нелегалами. «Перестрелка возникла потому, что работающие на кладбище охранники кавказской национальности пытались очистить от нелегальных мигрантов территорию кладбища», — утверждает собеседник РБК. Это позднее в эфире радиостанции «Говорит Москва» подтвердил глава департамента Алексей Немерюк.

На этом трагическом примере мы видим проявление разрушительного начала в мышечной мере. Весьма символично пересечение таких значимых для мышечной меры понятий, как массового побоища «стенка на стенку», причем на таком «культовом» месте, как кладбище. Мышечник, единственный из восьми векторов, не обладает врожденным ужасом перед смертью тела – для его бессознательного это лишь своего рода возвращение в изначальность, в состояние полной обеспеченности, материнской утробы, где он находится в состоянии полного покоя и не имеет потребности в самостоятельном движении.

Поэтому и мысль о смерти им воспринимается как освобождение, возвращение в это состояние покоя, «обратно в землю-матушку». В этом корень мышечной тяги к массовым побоищам, дракам, своего рода коллективному суициду. Найдя повод, мышечник способен быстро впасть в состояние ярости, причем передается оно от одного к другому как цепная реакция, эффект домино.

Впрочем, нельзя было не обратить внимания еще на один факт – участники массовой драки были представителями народов, имеющих ярко выраженный анальный менталитет. О чем это говорит? Прежде всего о том, что анальное понятие уважения – материя весьма тонкая и ранимая. Народы, обладающие анальным менталитетом, очень чутко и внимательно относятся к словам окружающих – ведь тот, кто спустил обидчику ругательства, тем самым теряет свое качество, пачкается – значит, обидчик должен принести извинения, а если не хочет – его к этому надо принудить.

Так сталкиваются «два барана», и из анальной твердости и жесткости в отстаивании своей позиции и требования уважения от окружающих вспыхивает мышечная ярость – и бой уже не остановить. Впрочем, чтобы бой начался, нужен еще один герой – обладатель орального вектора. Именно оральный крик растормаживает мышечников, вводит их в состояние ярости – то есть выполняет функцию объединения, в данном случае – объединения воинства перед битвой. В древние времена оральные воины дразнили друг друга, обзывали, а то и показывали интимные части тела – именно это становилось желанным для начала боя «оскорблением», и позволяло вступить в битву, отбросив все внутренние барьеры.

19.05.2016